Скульптор Елена Безбородова - воздух, вплетённый в бронзу

Елена Анатольевна Безбородова родилась в 1962 году в Москве. Все члены её семьи – выпускники института имени Баумана, работали в космической промышленности. В шесть лет Елена хотела стать сказочником, и спустя десятилетия можно с уверенностью сказать, что ей это удалось в несколько ином качестве. В семь лет она уже твёрдо решила быть скульптором, и неудивительно, ведь это близкие специальности. Скульптор – тот же волшебник, в его руках серая глина оживает, обретает форму, превращается в произведение искусства.

«Сколько себя помню – рисовала и лепила, строила замки из пластилина, населяла их пластилиновыми человечками, на которых нападала конница, те в свою очередь оборонялись луками, отстреливались, кидали ядра,» – вспоминает Елена Анатольевна. Прошло время, конница и обитатели замков ожили, сказки Елены Безбородовой стали явью, теперь создаваемые ею фигуры обрели плоть: величавые птицы взмахнули бронзовыми крыльями, а принцессы оделись в золотой и серебряный флёр.

Но этому предшествовали годы учёбы. Елена всегда понимала, что получила лучшее художественное образование в мире, ведь в Москву в то время приезжали учиться скульптуре даже из Греции. В Московскую среднюю художественную школу (1973–1980) она поступила чуть ли не случайно, хотя это было неизбежно, можно сказать, что обстоятельства сложились именно так, чтобы талантливая сказочница смогла стать волшебницей. Её дядя и тётя, выходя после лекции из Третьяковской галереи, на здании напротив (где тогда находилась МСХШ) увидели объявление о приёме детей после четвёртого класса. Девочка тогда училась в детской школе искусств и в кружке лепки Дома пионеров (преподаватель Стелла Ивановна Егорова) в городе Химки и подходила по возрасту для поступления в художественную школу. Хотя к вступительному экзамену Елена не готовилась, с лёгкостью поступила в МСХШ, что определило её судьбу и полностью изменило жизнь. Преподавательский состав был очень сильным. С учениками работали такие замечательные художники и педагоги, как Николай Иванович Андрияка, Лидия Арсентьевна Богачёва, Георгий Валерьянович Щеглов, Виктор Семенович Барабанов, Константин Лазаревич Петросян. В школе все было пронизано духом искусства, часто устраивались творческие дни, а учеников ценили исключительно за талант. Елена училась на «отлично», и в 1980 году окончила школу с наивысшими оценками.

Логичным продолжением профессионального художественного обучения стало поступление в Московский государственный академический художественный институт имени В.И. Сурикова (1980–1986). Заведующий кафедрой скульптуры М.Ф. Бабурин предпочитал не брать на курс девушек, но Елена Безбородова, единственная среди мужчин-скульпторов, поступила первым номером (с максимальным баллом). На вступительном экзамене она выполнила композицию «Лучницы», которую даже спустя много лет считает удачной, и позже Елена возвращалась к этой теме не раз. В Суриковском институте Безбородова училась у знаменитых скульпторов и опытных преподавателей – Михаила Фёдоровича Бабурина (1907–1984) и Льва Ефимовича Кербеля (1917–2003). Этому поколению студентов суждено было стать последними учениками великого М.Ф. Бабурина. Михаил Фёдорович закалил характер художника Елены Безбородовой, дал систему профессиональных знаний, привил бескомпромиссную требовательность к своему творчеству, определил высоту критериев оценки искусства. К собственным произведениям Бабурин относился очень строго – незадолго до кончины уничтожил многие из своих скульптур. Он часто говорил своим ученикам: «Скульптура – это песня, а здесь всё мертво, никуда не годится». Работая с талантливыми студентами, Бабурин не позволял им останавливаться на достигнутом, постоянно требовал более высоких результатов, стремления к совершенству.

На пятом курсе, после смерти М.Ф Бабурина, его осиротевшие студенты были переданы в мастерскую Л.Е. Кербеля, который предоставил им полную творческую свободу. Тему дипломного проекта Елена Безбородова выбрала задолго до защиты, но год работы над композицией «Рахманинов» прошёл в бесконечных мучительных поисках. Дипломантка изобразила композитора в период написания Второго концерта (1901), молодым и одухотворенным. Эта по-настоящему значительная тема не оставила скульптора. Через двадцать лет, обладая творческим и жизненным опытом, она вновь возвращается к образу Рахманинова. Она изображает его в той же позе, но это уже человек поживший и перенёсший многое. В 2006-м Елена Безбородова делает его фигуру форсированно вытянутой, цельной и мелодичной, как его музыка, как песня русской души. В отличие от первоначального варианта Рахманинов сидит на стилизованной наклонной угловатой подставке, которая уравновешивает фигуру, создавая с ней единую мелодию. Парадокс этой композиции – цельная, текучая форма, составленная из углов, что позволяет пластически выразить отношение автора к этой сложной и яркой личности.

Сначала в творчестве Елена Безбородова двигалась интуитивно, много работала, чтобы найти верное пластическое решение. Со временем развилось аналитическое мышление, помогающее представить и обдумать идею. Многократные скульптурные опыты значительно развили руку и глаз, благодаря чему Елена добилась неповторимой виртуозности, отличающей её произведения. Будучи зрелым автором, она знает: главное, чтобы «в голове» сложился образ, тогда можно приступать к его воплощению и сделать это достаточно быстро.

Свой метод работы скульптор определяет как символический реализм. Используя реалистическую трактовку фигур, наполненных жизнью, она стремится подняться над обыденностью, проникнуть в суть изображаемой темы, довести образ до символа («Лучницы», «Превратились в белых журавлей»). В её работах нет плакатной однозначности. Напротив, Безбородова превращает символ в мифологему, а мифических персонажей – в символы («Актеон и Мелониппа»), в поиске глубинных смыслов и архетипов вскрывает пласты генетической и эмоциональной памяти, вызывая многочисленные ассоциации, заставляя зрителя погрузиться в пространство многосложного восприятия произведения. Главное для неё – создание художественного образа, а не натуралистическая констатация увиденного. Безбородова легко решает любую образную задачу, какой бы темы ни коснулась. Поэтому у неё нет «проходных» работ.

Скульптура должна быть живой, но архитектоничной, это в первую очередь форма, выражающая пластический образ. «В работе важно помнить об основном качестве скульптуры – объёмности. Со сменой угла зрения раскрывается новый силуэт, который должен быть отточен, выверен, чтобы не возникало “пустых точек” при восприятии произведения, – говорит Елена Безбородова. – Создавая скульптуру, надо думать о форме, а не придумывать её. Если точно выразить образ, то подходящая стилистика родится сама». Её скульптуры всегда узнаваемы, с ярко выраженным творческим почерком, но и всегда разные, ведь каждый образ рождён новой темой.

Основная проблема современного искусства скульптуры – формотворчество, убеждена художница. Авторы часто забывают, что форма – только оболочка для образного наполнения, так же как тело – храм для души. Прежде чем что-то создать, художник должен многое пережить и осознать, накопить духовную энергию, чтобы затем передать её зрителю через произведение.

Учась в институте, Елена Безбородова стремилась найти свою тему, которая соответствовала бы ее творческим и личностным приоритетам, но тема сама выбрала автора, и этому способствовали поездки на Русский Север. За несколько лет благодаря этим поездкам она обрела творческий опыт, научивший в повседневной жизни видеть своих героев, которые, как оказалось, находятся рядом. Люди, увиденные автором во время художественных экспедиций, стали моделями для скульптур, с которыми Елена Безбородова дебютировала на выставках. И что немаловажно, эти скульптуры были закуплены Союзом художников и Министерством культуры России.

После обращения к разным персонажам и сюжетам она решила изображать русских героев и русскую жизнь, близкую ей духовно. Она считает себя сугубо русским художником, понимает значение отечественной культуры, осознает высокую духовность и возвышенность национальной изобразительной традиции, поэзии и музыки. Среди массы сочинений талантливых композиторов она вычленила как наиболее близкие для себя произведения Рахманинова, Свиридова, Гаврилина. Все её работы очень музыкальны по художественному строю, но среди них есть и напрямую посвящённые музыке: рельефы и скульптуры «Музыка», «Танец с лентами», медаль «Шопениана», и великолепная, лиричная и возвышенная «Анна Павлова».

Важные для автора темы – детство, юность. Эти сюжеты воплотились в разноплановых по пластике и стилистике произведениях: новорожденная малышка «Дарья», «После бани», «Лето», «Маленькая скрипачка», «Музыка моря», «Прогулка с котом», «Маленькая купальщица». И значимая для художника композиция «Материнство». Образ женщины с ребёнком можно назвать архетипом, отсылкой к изображению Богородицы с младенцем Иисусом.

Елену Безбородову всегда волновала христианская тема, поэтому скульптор обращается к ней в течение всей своей творческой жизни («Георгий Победоносец», «Серафим Саровский», «Евангелист Лука», «Иоанн Креститель», «Моление о чаше», «Идущий по водам», «Крещение» и другие). Современная православная скульптура – явление сложное, неоднозначное. «Для её создания, считает Елена Безбородова, необходимо выработать новый пластический язык, который не противоречил бы православной традиции, где главным всегда было утверждение духовного начала, а не демонстрация страстей, характерная для католического искусства. Искусство должно способствовать развитию и совершенствованию бессмертной человеческой души, и художнику всегда нужно помнить о своей высокой духовной миссии».

В её трактовке православные скульптурные образы словно получают новое звучание. Каждый из них обладает своим характером, эмоциональным и психологическим «лицом». Это не просто переведённые в объём иконописные или живописные произведения, снабжённые атрибутами библейских героев, а скорее обретшие плоть, материализованные предания, восставшие из прошлого герои. Евангельские сюжеты в трактовке скульптора при всём отличии пластического языка настолько близки по сути к иконописным изображениям, что даже глубоко и искренне верующие люди – монахи и священники – признают их духовно верными. Скульптура «Евангелист Лука» стала символом международной православной выставки «Свет миру» и была преподнесена в дар Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II в честь прибытия в Москву с Афона святых мощей евангелиста Луки.

Важно отметить совершенно уникальный факт – «Распятие с Предстоящими», установленное в храме Воздвижения Креста Господня на Чистом Вражке, дважды мироточило. Такие удивительные события только подтверждают: в этих произведениях соединились Божий Промысел, искренняя вера и талант художника. Удивительны образы Христа, созданные Еленой Безбородовой. Она изображает его в разные моменты жизни – в минуту чуда («Хождение по водам»), в трагический час («Моление о чаше»), в пору раздумий о судьбах мира («Размышления в Гефсиманском саду»). Скульптор использует оригинальные композиционные решения – то фигура Иисуса словно вырастает из скалы, то деревья за его спиной превращаются в языки пламени, развеваемые ветром, которые укрывают фигуру взметнувшимся плащом огня.

Не менее важны по значимости среди произведений Елены Безбородовой военно-патриотические образы. Монументальные скульптуры на военную тематику отличают чёткая идейная трактовка, продуманность замысла, свежесть и выразительность композиционного решения, ясность и строгость, образ воплощается в яркой, лаконичной форме. Работы объединяет стремление к раскрытию высоких моральных качеств воинов – их мужества, смелости, стойкости, силы. Художнику чужда внешняя патетика, поверхностная героизация, в скульптурах героев выявлено главное – одухотворённость, высокое гуманистическое начало, как, например, в скульптуре «Защитник». В этом произведении создан собирательный образ воина-защитника, надежной опоры, верного сына Отечества, настоящего богатыря, охранителя Родины. Среди мемориалов и миниатюр есть сложные многофигурные композиции, барельефные портреты, конные группы. Это и выдающиеся герои войн, такие как легендарный Денис Давыдов, члены прославленных авиаэкипажей Чкалова и Громова, неизвестный солдат, прощающийся с любимой, и готовые пожертвовать собой бойцы спецназа. Поистине выдающимся среди военной тематики произведением можно назвать памятник одному из последних героев Советского Союза Олегу Бабаку, в образе которого выражена важная для скульптора идея служения Родине. Цельный и выразительный монумент решён минимальными пластическими средствами, наполнен глубоким внутренним смыслом – солдат словно переходит из земного воинства в духовное, оставаясь защитником своей страны.

Работы Елены Безбородовой красноречиво говорят об активной социальной позиции, стройном мышлении, великолепном художественном даре, позволяющем создавать своими произведениями особую романтически приподнятую атмосферу. В монументальных композициях видны увлечённость масштабными задачами, тяга к гражданственным темам, понимание места художника в социальной среде и высокой общественной миссии искусства. Скульптор использует высокий стиль повествования, даёт современное толкование образа, переосмысляя опыт прошлого, черпая в нём вдохновение, и своим искусством доказывая, что сегодняшние герои достойны тех же возвышенных гармоничных форм воплощения, что и античные боги (фонтан «Вакх», рельефы «Деметра», «Весна»). В этих работах сочетаются сдержанный лаконизм и предельная динамика.

Рельефы Елены Безбородовой покоряют безупречной компоновкой фризов, мастерством передачи тончайших пластических особенностей фигуры, манерой исполнения, оригинальными композиционными приёмами. Таков, например, рельеф «Весна», созданный для банка «Возрождение». Здесь, как и в ряде других произведений, использован приём полихромии. Чеканка, полировка, тонировка, позволяют добиться разнообразия оттенков золотого, бронзового, зелёного.

Попробовав все материалы из арсенала скульптора (металл, керамику и шамот, гипс и бетон, дерево и камень), Елена Безбородова выбрала для себя бронзу, которая не только пластически соответствует её художественному темпераменту, но и даёт возможность воздействовать на зрителя и формой, и благородным цветом, и выразительной фактурой, и самим ощущением основательности, вечности этого материала. И хотя бронза стала главным материалом в её творчестве, автор смело соединяет металл, дерево, камень в любых комбинациях («Иона», «Сон», «Журавли», «Охота» и другие).

Небольшие по размеру объекты составили целую галерею образов и в определённом смысле раскрыли новую грань творчества Елены Безбородовой. «В отличие от станковой миниатюрная и монументальная скульптура создаются по одним и тем же законам, что позволяет реализовывать задумки, ведь по разным причинам крупномасштабная работа может и не состояться, – делится своим опытом Елена Безбородова. – Скульптура должна жить в бронзе и существовать в среде, а различный размер по-разному воздействует на зрителя, на восприятие произведения, на его окружение за счет того пространства, которое объект вытесняет и которое вокруг себя создаёт. Скульптура – это духовная субстанция, и даже если она выражена только в виде эскиза в пластилине, значит, идея уже существует в духовном пространстве. И хотя для Создателя, который даёт художнику талант и во имя которого и рождаются все произведения искусства, размер не важен, он важен для зрителя, поэтому я стремлюсь реализовать замыслы в задуманном масштабе».

У Елены Безбородовой много неосуществлённых планов, проектов, эскизов. «В первоначальном эскизе, - говорит она, - сконцентрировано обострённое чувство автора, а в творчестве я очень дорожу эмоциями, рождающими скульптуру и рождёнными скульптурой. Зерно, заложенное в эскизе, можно развить по-разному, важно лишь стремиться к его идеальному воплощению». Именно поэтому среди её произведений можно увидеть несколько вариантов решения одного сюжета. («Снятие с креста», «Серафим Саровский»). А при выполнении нескольких отливок с одной модели все работы также отличаются друг от друга («Москва», «Сон», «Диоген», «Кентавр Хирон»).

Каждый этап работы, сложной, напряжённой, требующей и постоянного осмысления, и ремесленной точности, «отнимает» эмоционально-чувственное наполнение. Первоначальная задумка, хранящая энергию первого прикосновения, запечатлевается в виде графического наброска, в чем-то условного, несколько форсированного, но отражающего свежесть новой идеи. В дальнейшей работе автор решает не только художественно-образные, но и технические задачи. Выполняя скульптуру в большом масштабе, снимая форму, доводя восковую модель, обрабатывая скульптуру после литья, художник может постепенно утратить чувство, окрылявшее его в начале пути. Елена Безбородова стремится избежать этой опасности, стараясь сохранить в скульптуре на всех стадиях работы эмоциональное начало, которым желает наполнить произведение.

Елена Безбородова – истинный искатель новых творческих ходов и художественных открытий. Она необычно работает с формами, как будто вплетая фигуры в воздух или, наоборот, наполняя дыханием ветра и свободным пространством свои произведения. В этом смысле очень интересны композиции «Миф об Актеоне», «Танец с лентой», «Музыка», «Весна». С изобретательностью инженера скульптор находит технические решения, помогающие раскрыть пластический образ (например, неожиданно воздушные и динамичные основания для бронзовых скульптурных групп «Миф об Актеоне», «Танец с лентами»). Ювелирная точность и сложность фактур в произведениях Елены Безбородовой рождены стремлением превратить поверхность металла в живую, дышащую плоть. Непревзойдённость отделки каждого фрагмента скульптур («Анна Павлова», «Евангелист Лука») завораживает, как и великая любовь автора к своему непростому труду. К этому виду обработки Елена привлекает уникального мастера-ювелира Александра Александровича Ковригина и его ученика Михаила Дикарева. Изысканные миниатюры Елены Безбородовой можно сравнить с произведениями Карла Фаберже, в творчестве которого тоже находилось место скульптуре.

Среди её работ есть серия, которую можно назвать монументальной миниатюрой. Скульптор создаёт ювелирные вещи крупного размера, при этом стократно увеличенные кузнечики, бабочки, стрекозы выглядят не гипертрофированными, а поразительно естественными. Они наполнены жизнью, но решены конструктивно, а их формы отточены. Елена увлеклась этой темой не ради сюжета, как истинный художник она восхищена удивительной гармонией устройства и бесконечным богатством форм этих маленьких существ.

В парковых композициях Безбородова часто использует анималистику для раскрытия общечеловеческих ценностей. В скульптуре «Рыси» изображены мать и её детёныш, в которых соединяются сила и ласка, любовь и отвага. Опасные хищники превращаются в заботливых родителей, готовых к схватке ради защиты потомства или к бесконечной нежности в минуты уединения. В этой парковой композиции воплотилось мастерство Безбородовой как анималиста. Животные решены конструктивно, с оптимальной мерой стилизации и условности.

В монументально-символической скульптурной группе «Журавли» танцующие птицы стали воплощением преданной семейной пары, символом любви. Композиционно это произведение решено очень необычно, в виде ажурного перевёрнутого конуса, подчёркивающего духовный взлёт. Эта скульптура в партере парка усадьбы «Покровское–Глебово» создана для осмотра во всех ракурсах: по кругу (для тех, кто видит её, проходя по аллеям), сверху (для тех, кто видит из окон домов) и снизу (для тех, кто подходит близко к фонтану). При всей композиционной сложности она удивительно цельна и гармонична.

Вершина творчества Елены Безбородовой на сегодня – проект памятника «Превратились в белых журавлей», посвящённого воинам-защитникам Москвы 1941 года, созданного совместно с выдающимся архитектором нашего времени, «человеком будущего» Александром Ивановичем Шипковым. Эта работа о жертвенности наших дедов и благодарности живущих ныне потомков. В скульптурной группе воплощена идея пространственной трансформации формы, что позволяет через многозначный ассоциативный ряд полнее раскрыть образ. Три фигуры оторваны от земли, но ещё не покинули её – солдаты с винтовками и журавль между ними при взгляде спереди похожи на трепещущее пламя свечи, сзади – на взрыв. Боковой ракурс совершенно иной – плащ-палатки превращаются в крылья. Пластика образов усиливает эмоциональное воздействие, придавая ему многогранность.

Отдельного внимания заслуживает графика Елены Безбородовой. Свободно владея рисунком, она создаёт выразительные образы, используя все художественные возможности графического изобразительного языка. При этом всегда чувствуется рука скульптора: наиболее активно прорисованы линии «максимального напряжения». В графике она подчёркивает контуры, форсируя абрис, и уводит форму, мягко нивелируя объёмы.

Как у каждого творца, у Елены Безбородовой есть любимые мастера, чьё творчество оказало влияние на её мировоззрение. Это прежде всего скульпторы. Первым может быть назван Эмиль Антуан Бурдель (1861—1929), который экспрессивно, неистово переосмысливал образ классического и архаичного искусства, формулируя пластическую идею «уравновешенной неуравновешенности». И Генри Мур (1898—1986), который продолжил традицию монументальной фигуративной пластики и обогатил её новыми художественными методами формообразования. Это и Джакомо Манцу (1908—1991), которому свойственны острая выразительность и парадоксальная трагическая лёгкость. Другой любимый автор – Аристид Майоль (1861—1944), создававший композиции чистые и логичные, пластика которых естественна и проста. Он воплощал жизненную энергию, стремясь следовать природе. Еще один важный для Безбородовой автор – Иван Петрович Мартос (1754—1835), гармонично сочетавший гражданский пафос, идеальную возвышенность образов с их обаятельной жизненностью.

Каждый из них по-своему близок Елене Безбородовой, но их работы не становятся доминантой творческого поиска, формируя при этом часть пространства, в котором рождаются разноплановые предощущения будущих произведений.

Наталья Анатольевна МОЛОДЦОВА
Художник, искусствовед, член Союза художников России